сверхконтрастная графика

***

что случилось дорогие
кто-то умер или жив

нас пустили спать другие
раскладушку разложив

я сажусь с ужасным скрипом
я ложусь лицом в матрас

я накрыт совиным гриппом
вот уже в четвертый раз

у меня температура
у меня в груди гулаг

в духе жоржа де латура
лаем кашляю в кулак

в этом доме нету окон
на дворе трещит мороз

я ни жив ни мертв я кокон
у меня метаморфоз

как я это понимаю
чем я это говорю

тряпкой крышку поднимаю
суп картофельный варю

пламя цвета канифоли
держит в пальцах котелок

элеватор в чистом поле
на дверях висит замок





***

Я жду давно, безнадежно, не зная ни города, ни языка.
Я на пальцах объясняю, что мне нужно подлить еще чаю.
Мне подливают из черного чайника коричневого кипятка.
Меня о чем-то спрашивают. Не отвечаю.
Все глубже втягиваю голову в ворот горбатого пуховика.  
Они престали разговаривать и смеяться.
Они посматривают на меня и ждут.
Чай остывает. Я ем глазами сухое мясо
дерева, перекрученного, как жгут.
Где-то была скала. На скале – сосна. Из сосны сочилась смола.
Сосна вращалась вокруг оси своего ствола.
Становилась вихревой спиралью, на себя опиралась. Сосна устала,
рухнула, умерла. Обрела четыре ноги и четыре угла.
Стала поверхностью стола,
слишком хорошего для забегаловки в двух шагах от вокзала.





***

за решеткой снеговой
музыка марчелло
говорит с тобой гобой
узенькое тело
говорит гобой ого
больно мне немного
больно трогают его
мальчика больного
губы музыки белы
а зрачки туманны
сочинил из этой мглы
немец манн романы
я в венеции бывал
мальчиком-гобоем
позвонками целовал
пальцы нам обоим
был я музыкой в снегу
был я лед и пламень
обнял баха на бегу
превратился в камень





***

кругом сколько хватает глаз
тянется до серого горизонта
ровное снежное поле

строго по оси перспективы
стоит по колено в траншее
человек с лопатой

длина траншеи не очень значительна
но впечатляет геометрической правильностью и прямизной

земля угольно-черная
человек черный
лопата черная

замечательная сверхконтрастная графика

вынутую землю
человек методично отбрасывает
на обе стороны
на ровные брустверы снега
которые он нарыл
прежде чем докопался до угольной черноты земли

черный человек
черная траншея
два брустверных хребта
рельеф которых делают зримыми
две цепи ярко-черных земляных набросов

этот землекоп
словно гребец
плывущий в земляной лодке
по снежной глади

очень медленное
но неотвратимое движение





***

человек был снегопадом
человек сугробом стал
смотрит в небо ровным взглядом
неподвижным как кристалл
человек всю жизнь учился
так на все вокруг смотреть
снега ждал
и снег случился
снег на четверть
снег на треть
поглотил наполовину
а потом и целиком
дня долину
сна лавину
сердца камень
горла ком
человек теперь не пропасть
не обрыв
не полынья
только радость
только робость
ровный взгляд небытия





***

подарили мне воздух светящийся
беспокойный туман голубой
то сжимающийся то ветвещийся
то похожий на мерный прибой
эту вещую боль головную
я держу за виски и молчу
слышать речь никакую иную
не хочу не хочу не хочу





***

мы тоже твари божие
торопимся к метро
на облака похожие
безглазые бескожие
отдетые пестро

вот девушка клубится
вот парень моросит
вот сердце словно птица
устало в клетке биться
и крыльями висит

похожие на ворох
ходячего тряпья
плутаем в разговорах
премудрости в которых
как в бороде репья

я тоже отрок нежный
я облако-букет
сирени белоснежной
с небрежностью безбрежной
засунутый в пакет

я тоже тоже тоже
куда-то взят и дет
стою без глаз без кожи
до самой легкой дрожи
до воздуха раздет





***

по той москве которой нет
те мы которых нет
идем идем и видим свет
инверсионный след

летит по небу самолет
наверное сто лет
и в нем сидит сто лет пилот
наверное скелет

под ним заводы и мосты
дороги и дома
места великой красоты
и умных книг тома

летит пилот но все никак
не может тьмы птенец
в возникновенья сквозняках
изникнуть наконец

и я молчу лови лови
и ты молчишь ловлю
и тает изморозь любви
я так тебя люблю





***

Я не могу молчать – молчание наука.
Я неучен. Я слаб. Я говоритель слов.
О, если б знали вы, какая это мука –
искание во всем безмолвия основ.
Отсутствию души в дыхании учиться,
с зеркальной ясностью взирать на все вокруг –
не верю я, увы, что может улучиться
и мной такой покой. Мой протемненный друг,
как с воздухом сквозным сливаться ты умеешь!
Как, полон пустоты, все глубже, что ни день,
ты, отлучась душой, дыханием умнеешь,
нисходишь в тень теней на новую ступень.
Откуда, мне скажи, я это знаю тоже?
Как удается мне в молчании твоем
быть соучастником – сумняшеся ничтоже,
словами осязать небытия объем?
Я говорю с тобой. Я эхо. Я колодец.
Я зеркало воды. Я неба озерцо.
Я мятое ведро. Я мертвый лозоходец.
Я прутик сломанный и брошенный в лицо.





***

жизнь была такой короткой
жизнь была такой простой
жизнь была такой коробкой
с разновидной пустотой
с чем-то плоским и объемным
с чем-то ровным и кривым
ненаглядным неподъемным
невесомым неживым
жизнь была такой картонной
настоящей не вполне
лишь картинкой за которой
дырка черная в стене





***

ты пленница ты птица
ты теснота птенца

лицо твое теплица
тепличный тип лица

за перистым узором
за пухом ледяным

за сном-костром в котором
клубится снег как дым

теплица не темница
светло тепло текло

веселая водица
прозрачное стекло

смерть скорлупой растает
сквозь звездный иней сна

так страшно прорастает
крылатая весна





***

настя сделала секретик из своего телефона
ее научила ася
нужно вырыть могилку
выложить чем-нибудь блестящим
например расправленной оберткой от шоколадного батончика
потом на экране телефона нужно установить свое селфи
потом нужно сказать глядя себе в глаза
я никуда не исчезну
я никуда не исчезну
я никуда не исчезну
потом телефон нужно обмотать бинтом как мумию
потом нужно положить телефон в пластиковый пакет
потом в коробочку
потом в могилку
потом закопать
потом нужно оставить неподалеку какую-нибудь незаметную примету
и уйти не меньше чем на час
прожить час без телефона
это испытание души сказала ася
так ты ее проверишь
когда настя вернулась за телефоном
приметы
половинки красного кирпича с зеленым налетом
она не нашла
настя долго бегала вдоль забора футбольного поля
но все никак не могла найти ни половинку кирпича
ни цветущий очиток
все куда-то пропало
настя металась
вообще-то настя должна была прийти с асей
и ася позвонила бы на ее телефон
и в крайнем случае по звуку настя должна была найти свой секретик
извлечь его из могилы
посмотреть себе в глаза и сказать
я никуда не исчезла
я никуда не исчезла
я никуда не исчезла
но ася непонятно как с ней поссорилась и ушла домой
настя просила прохожих позвонить на ее телефон
я где-то здесь выронила телефон
врала настя
прохожие звонили но но ничего не было слышно
шуршали листья
щебетали птицы
где-то кричали дети
настя возвращалась к забору
ковырялась в земле
а потом появилась конная полиция
конные полицейские в шлемах с прозрачными забралами
решили что она ищет закладку
нет нет я ищу секретик
я ищу свой телефон
все обошлось
родителям дозвонились
но телефон так и не нашли
настя догадывалась что все дело в асе
настя думала о том как ее лицо светилась в руках у аси
скорее всего ася его нашла по звонку и утопила
зачем
зачем